Ангуттара Никая

Самбадха сутта

9.42. Ограничение

Так я слышал. Однажды Достопочтенный Ананда пребывал в Косамби в Парке Гхоситы. И тогда Достопочтенный Удайи подошёл к Достопочтенному Ананде и обменялся с ним вежливыми приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями он сел рядом и сказал Достопочтенному Ананде: «Друг, так было сказано молодым дэвом Панчалачандой:

«Он бык, ведущий стадо, он мудрец.
Будда, который пробудился в джхану,
Обширной мудростью он наделён, и он нашёл
Брешь, выводящую из всех ограничений».

О чём, друг, Благословенный говорил как об ограничении, и о чём как о бреши среди ограничений?»

«Друг, Благословенный говорил о пяти нитях чувственных удовольствий как об ограничении. Каких пяти? Формах, познаваемых глазом—милых, приятных, чарующих, привлекательных, воспаляющих желание, соблазнительных. Звуках… запахах… вкусах… тактильных ощущениях, познаваемых телом—милых, приятных, чарующих, привлекательных, воспаляющих желание, соблазнительных. Благословенный говорил об этих пяти нитях чувственных удовольствий как об ограничении.

(1) Вот, друг, будучи отстранённым от чувственных удовольствий, отстранённым от неблагих состояний [ума], монах входит и пребывает в первой джхане, которая сопровождается направлением и удержанием [ума на объекте медитации], с восторгом и счастьем, которые возникли из-за [этой] отстранённости. До этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое направление и удержание [ума на объекте медитации], которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.

(2) Далее, друг, с угасанием направления и удержания [ума на объекте] монах входит и пребывает во второй джхане, в которой наличествуют внутренняя уверенность и единение ума, в которой нет направления и удержания, но есть восторг и счастье, которые возникли посредством сосредоточения. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любой восторг, который не прекратился здесь, является в данном случае ограничением.

(3) Далее, друг, с угасанием восторга монах пребывает невозмутимым, осознанным, бдительным и ощущает счастье телом. Он входит и пребывает в третьей джхане, о которой Благородные говорят так: «Он невозмутим, осознан, пребывает в счастье». И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое удовольствие, [связанное] с невозмутимостью, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.

(4) Далее, друг, с оставлением удовольствия и боли, равно как и с предыдущим угасанием радости и недовольства, монах входит и пребывает в четвёртой джхане, которая ни-приятна-ни-болезненна, характерна чистейшей осознанностью из-за невозмутимости. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое восприятие формы, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.

(5) Далее, друг, с полным преодолением восприятий форм, с угасанием восприятий, вызываемых органами чувств, не обращающий внимания на восприятие множественности, [воспринимая]: «пространство безгранично», монах входит и пребывает в сфере безграничного пространства. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое восприятие сферы безграничного пространства, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.

(6) Далее, друг, с полным преодолением сферы безграничного пространства, [воспринимая]: «сознание безгранично», монах входит и пребывает в сфере безграничного сознания. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое восприятие сферы безграничного сознания, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.

(7) Далее, друг, с полным преодолением сферы безграничного сознания, [воспринимая]: «здесь ничего нет», монах входит и пребывает в сфере отсутствия всего. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое восприятие сферы отсутствия всего, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.

(8) Далее, друг, с полным преодолением сферы отсутствия всего монах входит и пребывает в сфере ни восприятия, ни не-восприятия. И до этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в условном смысле. [Ведь] здесь также есть ограничение. И какое здесь ограничение? Любое восприятие сферы ни восприятия, ни не-восприятия, которое не прекратилось здесь, является в данном случае ограничением.

(9) Далее, с полным преодолением сферы ни восприятия ни не-восприятия, монах входит и пребывает в прекращении восприятия и чувствования, и, [когда он] увидел [это] мудростью, его пятна загрязнений ума полностью уничтожились. До этой степени Благословенный говорил о достижении бреши среди ограничений в не-условном смысле».