Саньютта Никая

Нагара сутта

12.65. Город

В Саваттхи. [Благословенный сказал]: «Монахи, до моего просветления, когда я всё ещё был не полностью просветлённым бодхисаттой, мысль пришла ко мне: «Увы, этот мир попал в беду в том [смысле], что он рождается, стареет и умирает, он прекращается и перерождается, и всё же не понимает спасения от этого страдания [причиняемого] старением-и-смертью. Так когда же будет выявлено спасение от этого страдания [причиняемого] старением-и-смертью?

И тогда, монахи, мысль пришла ко мне: «Что наличествует, так что возникает старение-и-смерть? Чем обусловлено старение-и-смерть?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда есть рождение, то старение-и-смерть возникает. Старение-и-смерть имеет рождение своим условием».

Затем, монахи, мысль пришла ко мне: «Что наличествует, так что возникает рождение? … становление? … цепляние? … жажда? … чувство? … контакт? … шесть сфер чувств? …

И тогда, монахи, мысль пришла ко мне: «Что наличествует, так что возникает имя-и-форма? Чем обусловлена имя-и-форма?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда есть сознание, то имя-и-форма возникает. Имя-и-форма имеет сознание своим условием».

И тогда, монахи, мысль пришла ко мне: «Что наличествует, так что возникает сознание? Чем обусловлено сознание?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда есть имя-и-форма, то сознание возникает. Сознание имеет имя-и-форму своим условием».

И тогда, монахи, мысль пришла ко мне: «Это сознание поворачивает обратно. Оно не выходит за пределы имени-и-формы. Вот до какой степени кто-либо может родиться, состариться и скончаться, умереть и переродиться, то есть—когда есть сознание с именем-и-формой как условием, и [есть] имя-и-форма с сознанием, как условием. С именем-и-формой как условием, шесть сфер чувств [возникают] … контакт… чувство… жажда… цепляние… становление… рождение… старение-и-смерть… Таково происхождение всей этой груды страдания».

«Возникновение, возникновение»—так, монахи, в отношении вещей, неслыханных прежде, видение возникло во мне, знание, мудрость, истинное знание и свет.

Затем, монахи, мысль пришла ко мне: «Что не наличествует, так что не возникает старение-и-смерть? С прекращением чего происходит прекращение старения-и-смерти?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда нет рождения, то старение-и-смерть не возникает. С прекращением рождения происходит прекращение старения-и-смерти».

Мысль пришла ко мне: «Что не наличествует, так что не возникает рождение… становление… цепляние… жажда… чувство… контакт… шесть сфер чувств… имя-и-форма? С прекращением чего происходит прекращение имени-и-формы?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда нет сознания, то имени-и-формы не возникает. С прекращением сознания происходит прекращение имени-и-формы».

Мысль пришла ко мне: «Что не наличествует, так что не возникает сознание? С прекращением чего происходит прекращение сознания?» И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством мудрости возникло во мне: «Когда нет имени-и-формы, то сознание не возникает. С прекращением имени-и-формы происходит прекращение сознания».

Тогда, монахи, мысль пришла ко мне: «Я открыл этот путь к просветлению, то есть, с прекращением имени-и-формы происходит прекращение сознания. С прекращением сознания происходит прекращение имени-и-формы. С прекращением имени-и-формы происходит прекращение шести сфер чувств… контакта… чувства… жажды… цепляния… становления… рождения… старения-и-смерти… Таково прекращение всей этой груды страдания».

«Прекращение, прекращение»—так, монахи, в отношении вещей, не слышанных прежде, видение возникло во мне, знание, мудрость, истинное знание и свет.

Представьте, монахи, как если бы человек, скитающийся по лесу, увидел бы древний путь, древнюю дорогу, по которой путешествовали люди в прошлом. Он бы пошёл этой дорогой и увидел бы древний город, древнюю столицу, в прошлом населённую людьми, с парками, рощами, прудами, бастионами—восхитительное место. И тот человек сообщил бы царю или царскому министру: «Ваше Величество, знайте же, что по мере того как я скитался по лесу, я увидел древний путь, древнюю дорогу, по которой путешествовали люди в прошлом. Я пошёл этой дорогой и увидел древний город, древнюю столицу, в прошлом населённую людьми, с парками, рощами, прудами, бастионами—восхитительное место. Восстановите этот город, Ваше Величество!». И тогда царь или царский министр восстановил бы этот город, и через некоторое время этот город стал бы успешным и процветающим, густо населённым, переполненным людьми, разрастающимся и расширяющимся.

Точно также, монахи, я увидел древний путь, древнюю дорогу, по которой шли Полностью Просветлённые [Будды] прошлого. И что это за древний путь, древняя дорога? Это именно этот самый Благородный Восьмеричный Путь, то есть:

  • Правильные Воззрения,
  • Правильное Устремление,
  • Правильная Речь,
  • Правильные Действия,
  • Правильные Средства к жизни,
  • Правильное Усилие,
  • Правильная Осознанность,
  • Правильное Сосредоточение.

Я пошёл этим путём и, сделав так, я напрямую познал старение-и-смерть, его источник, его прекращение и путь, ведущий к его прекращению. Я напрямую познал рождение… становление… цепляние… жажду… чувство… контакт… шесть сфер чувств… имя-и-форму… сознание… волевые формирователи, их источник, их прекращение и путь, ведущий к их прекращению. Напрямую познав их, я объяснил их монахам, монахиням, мирянам и мирянкам. Эта святая жизнь, монахи, стала успешной и процветающей, распространённой, знаменитой, известной и хорошо провозглашённой среди богов и людей».