Саньютта Никая

Кассака сутта

4.19. Фермер

В Саваттхи. И тогда Благословенный наставлял, воодушевлял, вдохновлял и радовал монахов беседой о Дхамме на тему ниббаны. И те монахи слушали Дхамму, склоняя к ней ухо, относясь к этому как к вопросу жизни и смерти, направляя на это весь свой ум целиком.

И тогда мысль пришла к Злому Маре: «Благословенный обучает монахов беседой о Дхамме на тему ниббаны. А те монахи слушают Дхамму, склоняя к ней ухо, относясь к этому как к вопросу жизни и смерти, направляя на это весь свой ум целиком. Что если я подойду к отшельнику Готаме, чтобы привести их в замешательство?».

И тогда Злой Мара проявил себя в облике фермера, несущего на плече большой плуг и держащего длинный острый прут для подгонки скота, со взъерошенными волосами, одеждой из пеньки, испачканными грязью ступнями. Он подошёл к Благословенному и сказал ему: «Не видел ли ты быка, отшельник?»

«Что есть для тебя бык, Злой?»

«Глаз—мой, отшельник, формы—мои, контакт глаза и его сфера сознания—мои. Где ты можешь спрятаться от меня, отшельник?

Ухо—моё…

Нос—мой…

Язык—мой…

Тело—моё…

Ум—мой, отшельник, ментальные феномены—мои, контакт ума и его сфера сознания—мои. Где ты можешь спрятаться от меня, отшельник?»

«Глаз—твой, Злой. Формы—твои, контакт глаза и сфера его сознания—твои. Но, Злой, там, где нет глаза, нет форм, нет контакта глаза и сферы его сознания—там нет места для тебя, Злой.

Ухо—твоё…

Нос—твой…

Язык—твой…

Тело—твоё…

Ум—твой, Злой. Ментальные феномены—твои, контакт ума и сфера его сознания—твои. Но, Злой, там, где нет ума, нет ментальных феноменов, нет контакта ума и сферы его сознания—там нет места для тебя, Злой».

[Мара]:
«Когда об этом говорят: «Это моё»,
И те, кто также говорит и о «себе»—
То если ум твой обитает среди них,
Ты не спасёшься от меня, аскет».

[Благословенный]:
«То, говорят о чём—то [вовсе] не моё,
Как я и не из тех, кто говорит [и о «себе»].
Вот, Злой, что должен бы ты знать:
Даже мой путь не сможешь ты узреть».

И тогда Злой Мара, осознав: «Благословенный, Счастливый, знает меня», расстроенный и опечаленный, тут же исчез.