Саньютта Никая

Махапарилаха сутта

56.43. Великое Пламя

[Благословенный сказал]: «Монахи, существует ад под названием Великое Пламя. Любые формы, видимые там глазом, нежеланны и никогда не бывают желанными; некрасивы и никогда не бывают красивыми; неприятны и никогда не бывают приятными. Любые звуки, слышимые [там] ухом… любые запахи, обоняемые носом… любые вкусы, воспринимаемые языком… любые ощущения, воспринимаемые телом… любые ментальные феномены, познаваемые [там] умом, нежеланны и никогда не бывают желанными; некрасивы и никогда не бывают красивыми; неприятны и никогда не бывают приятными».

Когда так было сказано, один монах обратился к Благословенному: «Это пламя, Учитель, в самом деле, ужасно. Это пламя действительно ужасно. Но существует ли, Учитель, какое-либо иное пламя, более ужасное и пугающее, нежели это?»

«Существует, монах».

«И что же это, Учитель, за пламя, ещё более ужасное и пугающее, нежели это?»

«Те жрецы и отшельники, монах, которые не понимают в соответствии с действительностью: «Это—страдание»… «Это—путь, ведущий к прекращению страдания»—восхищаются [волевыми] формирователями, что ведут к рождению, [волевыми] формирователями, что ведут к старению, [волевыми] формирователями, что ведут к смерти, [волевыми] формирователями, что ведут к печали, стенанию, боли, горю и отчаянию. Восхищаясь такими [волевыми] формирователями, они порождают [волевые] формирователи, что ведут к рождению, порождают [волевые] формирователи, что ведут к старению… смерти… к печали, стенанию, боли, горю и отчаянию. Породив такие [волевые] формирователи, они горят в пламени рождения, горят в пламени старения, горят в пламени смерти, горят в пламени печали, стенания, боли, горя и отчаяния. Они не освобождены от рождения, старения и смерти; не освобождены от печали, стенания, боли, горя и отчаяния; не освобождены от страдания, я говорю тебе.

Но, монах, те жрецы и отшельники, которые понимают в соответствии с действительностью: «Это—страдание… путь, ведущий к прекращению страдания»—они не восхищаются ни [волевыми] формирователями, которые ведут к рождению, ни [волевыми] формирователями, которые ведут к старению… смерти… печали, стенанию, боли, горю и отчаянию. Не восхищаясь… они не порождают [волевые] формирователи, что ведут к рождению… старению… смерти… печали, стенанию, боли, горю и отчаянию. Не породив таких [волевых] формирователей, они не горят в пламени рождения… старения… смерти… печали, стенания, боли, горя и отчаяния. Они освобождены от рождения, старения и смерти…. печали, стенания, боли, горя и отчаяния… от страдания, я говорю тебе.

Таким образом, монахи, следует прилагать усилие, чтобы понять: «Это—страдание». Следует прилагать усилие, чтобы понять: «Это—источник страдания». Следует прилагать усилие, чтобы понять: «Это—прекращение страдания». Следует прилагать усилие, чтобы понять: «Это—путь, ведущий к прекращению страдания».