Сутта Нипата

Сабхия сутта

3.6. К нищему страннику Сабхие

Так я слышал. Однажды Сабхье, нищему страннику, были поведаны вопросы одним старым благосклонным духом: «И кто, о Сабхья, спрошенный тобою, будет ли он брахман или отшельник, разрешит тебе те вопросы, останься с ним: ты проживешь тогда благочестивую жизнь».

Тогда Сабхья, нищий странник, пошёл к брахманам, которые имели в том месте собрание и были известные наставники, славные руководители, прославляемые людьми. Он пошёл к ним и, придя, вопросил их. Спрошенные Сабхьею, нищим странником, они не могли разрешить его вопросов и, не разрешив его вопросов, они пришли в ярость, обнаружили ненависть и досаду и, в свою очередь, стали донимать Сабхью вопросами.

Тогда запало на ум Сабхье, нищему страннику: «Если брахманы и пустынники, проживающие здесь, имеющие круг своих последователей, славные наставники, мудрые водители, почитаемые толпой, спрошенные мною, не могли мне ответить и, не смогши ответить, стали гневаться, досадовать и злиться и сами стали донимать меня вопросами,—то лучше я возвращусь, откуда пришёл, и предамся радостям телесных наслаждений. Но тут другая мысль пришла на ум Сабхье, нищему страннику: «Тот пустынник Готама также имеет общину нищенствующих монахов и окружён последователями; он—славный наставник, мудрый водитель, восхваляемый людьми; лучше я пойду к пустыннику Готаме и ему предложу те вопросы. Но тут опять усомнился Сабхья, нищий странник: «Если уж брахманы и пустынники, обветшалые и древние, и пожилые, и достигшие преклонного возраста, мужи опыта, многоученые старейшины, имеющие собрания и последователей, славные учители, опытные наставники, почитаемые толпой, не могли ответить на мои вопросы и, не смогши ответить, пришли в ярость, обнаружили досаду и ненависть, и сами стали донимать меня вопросами,—то может ли пустынник Готама, будучи спрошен мною, разрешить мне те вопросы: ведь пустынник Готама юн годами и неопытен в подвижнической жизни».

Но тут так подумал Сабхья, нищий странник: «Нельзя пренебрегать пустынником Готамою потому, что он молод; хотя и молод пустынник Готама, но он могуч и обладает силою мудрости; лучше я пойду к пустыннику Готаме и предложу ему свои вопросы».

Тогда Сабхья, нищий странник, пошёл к Благословенному и, придя к нему, вступил с ним в любезную беседу,—и, побеседовав с ним любезно и занимательно, сел поодаль и, севши поодаль, обратился к Благословенному с такими словами:

«В страхе и сомнении я пришел сюда; я жажду вопросить тебя. Положи конец моим сомнениям,—спрошенный мною, разъясни мне мои вопросы в должном порядке».

«Издалека ты пришёл, о Сабхья»,—сказал Благословенный,—«ты жаждешь вопросить меня; я положу конец твоим сомнениям; спрошенный, я разъясню тебе вопросы в должном порядке. Предлагай же мне твои вопросы, о Сабхья; о чём бы ты ни вопросил меня, я разъясню тебе,—я разрешу твои сомнения.

Тут подумал Сабхья, нищий странник:—«Чудесно, непонятно! Ни брахманы, ни саманы не приняли меня, как Готама»,—и, так помышляя, он в радости, веселье и великой гордости спросил Благословенного:

«Что должен совершать человек, чтобы назваться Нищенствующим?
За что почтётся он именем Сострадательного?
За что—именем Обузданного?
Чем заслужит он имени Просвещённого?
Спрошенный мною, разъясни мне то, о Благословенный, прошу тебя!»

«Кто притёк к совершенному счастью, о Сабхья,
Притёк к нему, сам на своем пути ведя себя,
Тот, победивший сомнения, не имеющий ни добра,
Ни прибытка, разрушивший возрождение, и есть Нищенствующий.

Всегда безропотный и внемлющий,
Никому не вредит на свете пустынник, пересекший течение,
Не помрачённый:
Если угасли в нём все желания,
Он искренне сострадателен.

Чьи умиротворены чувства,
Чувства внутренние и внешние,
Кто ни к чему не влечётся ни в одном из миров,
Тот, угашающий телесное,
Достоин имени Укрощённого.

Кто разгадал этот путь погибели и восстановления,
Кто свободен от страстного и греховного,
Тот, разрушивший зарождение, незапятнанный,
Величается Буддою».

Тогда Сабхья, услышав слова Будды и порадовавшись им, радостный, восхищенный и в великой гордости, вопросил Благословенного:

«Что должен творить человек,
Чтобы его величали Брахманом?
За что назовётся он Отшельником?
За что Очищенным?
За что назовется Безгрешным?
Спрошенный мною, разъясни мне то, о Благословенный!»

«Кто, о Сабхья. отбросил всё греховное,
Непорочен и чист, кто смело покинул этот путь обманчивых блужданий,
Тот, совершенный, независимый, мудрый,
Назовется Брахманом.

Умиротворённый, забывший доброе и злое этого мира,
Ничем не связанный, разумеющий, победивший смерть и рождение,
По достоинству назовется Отшельником.

Кто, отмыв все грехи, грехи внутренние и внешние,
Не войдёт вновь в эту обитель времени,—
В это царство людей и богов,
тот назовется Очищенным.

Кто далёк от всего преступного,
Кто сбросил с себя все узы и цепи
И ничем не связан здесь,
Тот, вполне освобожденный, достоин имени Безгрешного».

Тогда Сабхья, нищий странник, выслушав слова Будды и порадовавшись им, в радости, восторге и великой гордости вопросил Благословенного:

«Кого Будды называют Победившим все миры
И кого Счастливым?
Кого называют они Разумным
И кого Мудрым?
Спрошенный мною, разъясни мне, о Совершенный!»

«Кто во все миры проник своей мыслью, о Сабхья,—
И в мир богов и людей, и в мир Брахмы,
И вот не увлечён ни одним из них,
Тот назовется Победителем, ибо все миры победил он.

Кто своей верною мыслью
Обозрел все людские сокровища и все сокровища духов и Брахмы
И не влечётся ни к одному из них,
Тот назовётся Счастливым, ибо воистину счастлив он.

Кто своей верной мыслью проник в суть всех чувств,
И внешних и внутренних, и победил добро и зло этого мира,
Тот назовется Мудрым, ибо верным путем идет его мудрость .

Кто своей верною мыслью
Постиг вечную Дхамму о правде и неправде,
Внешней и внутренней, тот, прорвавшийся сквозь сети смерти,
Достойный хвалы от людей и богов, назовется Разумным.

Тогда Сабхья, нищий странник, услышав слова Благословенного и порадовавшись им, в радости, восторге и великой гордости вопросил Благословенного:

«За что наречётся человек Превозмогшим чувства
И за что Вернозрящим?
За что Крепким
И за что Рожденным для высшего?»

«Кто победил в себе силу всех чувств, о Сабхья,
Всех чувств, побеждающих и брахман и пустынников,
Кто навсегда пресёк в себе все пути к их возникновению,
Тот назовется Превозмогшим чувства, ибо он преодолел их.

Кто разгадал обольщение именем-и-формой,
И в себе и вне себя, кто понял,
Где—корень недугов и навсегда очистился от них,
Тот назовется Вернознающим, ибо истинна его мудрость .

Кто гнушается всякого греха этого мира,
Кто окреп в победах над страданиями,
Обрёл новую силу и могущество,
Тот назовется здесь Крепким.

Кто сорвал с себя все связующие цепи, эти узы,
Привязавшие дух человека ко внешнему и ко внутреннему,
Кто оторвался здесь навсегда от корня привязанностей,
Тот назовется Рождённым для высшего».

Тогда Сабхья, нищий странник, услышав слова Благословенного и порадовавшись им, в радости, восторге и великой гордости спросил Благословенного:

«Кто удостоится имени Познавшего сокровенное
И кто—имени Благородного?
За что наречется человек Совершенным в наблюдении
И за что Странствующим нищим?
Спрошенный о том, о Благословенный, разъясни мне!»

«Кто, познав и приняв Дхамму,
Знает, о Сабхья, что есть позорное и что непостыдное,—
Тот победитель, свободный от сомнения,
Со всех сторон освобождённый от страдания,
Назовётся Познавшим сокровенное.

Кто, угасивши в себе все страстное,
Вновь не войдёт в утробу рождения,
Кто вырвался из тины похотей и не вовлечётся вновь в поток времени,
Тот достоин имени Благородного.

Если опытный в наблюдениях
Постиг высшее среди знамений,—постиг Вечную Дхамму,
В нём не зародятся ни страсти, ни желания,
Он назовётся Совершенным в наблюдениях.

Чьи поступки никому не приносят страдания,
Ни вверху, ни внизу, ни вдали, ни в середине,
Кто, изведав конец гневу и жадности, спеси и гордости,
Виду и имени, шествует в размышлении,
Тот назовется Странствующим Нищим, счастливым в высочайшей премудрости».

Слыша те слова Благословенного, Сабхья, нищий странник, радовался им, и в радости, восторге и великой гордости он поднялся с сиденья, перебросил плащ на одно плечо и, простирая свои сжатые руки к Благословенному и прославляя его, стал с ним лицом к лицу.

«Все шестьдесят три учения философов,
Толкуемых духовными, ты победил!
Как луч света, ты блеснул сквозь мраки этого мира.

Ты пришёл к концу возрождении, святой, совершенно просвещённый!
В тебе вижу я одного из тех, кто развеял все свои страсти!
Ты—славный, мудрый, ты—учитель великого понимания!
Ты возвестил конец страданиям,
Ты и приведёшь меня к тому вожделенному концу.

Видя меня пришедшего, жаждущего,
Ты положил конец моим сомнениям;
Будь благословен ты, о мудрец, достигший высочайшей мудрости,
Ты—сострадательный!

То сомнение, в котором я пришел к тебе,
Ты отмёл от меня, о Вернозрящий!
Поистине, ты—Мудрец, совершенный в знании,
И никаких недостатков уже нет в тебе.

Всё тёмное отброшено тобой,
ты—кроток и тих, верен и стоек.
Слову твоему радуются все боги и мудрые,
Ты—Победитель, глава безгрешных.

Тебе надлежит поклонение, о благородный,
Лучший из всех людей;
Ни в мире людей, ни в мире богов нет никого, равного тебе.

Ты—Будда, Учитель, Мудрец, победивший Мару;
Разрушивши все желания,
Бурный поток жизни смело пересек ты.

Ты разбил все звенья жизни, ты развеял все страсти, могучий,
Как лев, свободный от желания,
Отбросивший все страхи и опасения.

Как капля росы спадает с прекрасного цветка лотоса,
Так отпадает от тебя все злое и греховное;
О Победитель, Сабхья припадает к ногам твоим!»

Тут Сабхья, нищий странник, припав головою к ногам Благословенного, воскликнул:

«Как чудесно это, о славный Готама! Как чудесно это, о славный Готама! Как подымают опрокинутое, как открывают спрятанное, как выводят на дорогу сбившегося с пути, как вносят свет во тьму, чтобы зрячие могли видеть, так и истина многообразными путями разъяснена славным Готамою; я прибегаю к славному Готаме, и к его Дхарме, и к Сангхе монахов; я жажду получить платье и правила от славного Готамы!»

«Кто прежде, о Сабхья, принадлежал к другому учению и теперь желает вступить в семью Нищенствующих, желает получить платье и правила, тот прежде всего должен послужить четыре месяца; по истечении четырёх месяцев нищенствующие монахи, умиротворившие свои чувства, дадут ему платье и правила, чтобы стать ему нищенствующим: такое различие делаю я между обращенными».

Если, о Славный, тот, кто прежде принадлежал к другому учению и теперь желает быть принятым, получить платье и правила, должен послужить четыре месяца и, по истечении четырёх месяцев, монахи, умиротворившие свои чувства, дадут ему платье и правила, чтобы стать ему нищенствующим,—то и я также хочу послужить четыре месяца, и пусть по истечении четырёх месяцев нищенствующие монахи, укротившие свои чувства, дадут мне платье и правила, чтобы стать мне нищенствующим».

Сабхья, нищий странник, получив платье и правила, вел впоследствии жизнь уединения, размышления и усердия и в короткое время своим усердием и пониманием достиг того совершенства духовной жизни, ради которого многие люди знатных родов покидают жилища, возлюбив жизнь отшельника. «Разрушено рождение, прожита благочестивая жизнь, свершено всё из должного быть свершённым здесь, и ничего не осталось не свершённого в этой жизни»,—так помышлял он, и вот достопочтенный Сабхья достиг Ниббаны.